Наше путешествие по эпохе Филиппа Красивого начинается не с короля, хотя такую незаурядную личность невозможно совсем отодвинуть в сторону. Не будем мы подолгу останавливаться и на его ближайших советниках – их черед придет позже. Сегодня мы поговорим о человеке менее известном, не занимавшем высоких государственных должностей, но оставившим глубокий след в политической мысли Франции и Европы. Так и оставшийся представителем третьего сословия, он, тем ни менее, может считаться одним из ярких символов позднего средневековья, когда монарх начал предпочитать знатности образование и умение нестандартно мыслить, а интеллектуальная жизнь вырвалась далеко за пределы монастырских стен. Потому что двор Филиппа Красивого был без сомнения интеллектуальный двор, а свободомыслие порой достигало уровня, сопоставимого с Ренессансом.

Часто это выглядело эклектично: политика перемешивалась с верой, экономические новшества рождались в мучительных попытках раздобыть денег на создание эффективной администрации, литературные таланты выдавали памфлеты на злобу дня, что, однако, не приглушало их блеска. Париж стал средневековым мегаполисом – самым крупным городом Европы, население которого, по разным подсчетам, составляло от 100 до 250 тыс. жителей. Для сравнения, во Флоренции проживало 70 тыс., а в Лондоне только 50 тыс. Иными словами, это была эпоха рождения национального государства, настоящей Франции, черты которой постепенно проступали через тускнеющий образ старой сеньоральной системы. Король, внешне холодный и сдержанный, но деятельный и живо интересовавшийся не только современными политическими идеями, но и философией, и литературой задавал тон всей стране, как первая скрипка ведет за собой оркестр.

А теперь, когда мы получили некоторое представление об общественной атмосфере, перейдем к нашему герою. Знакомьтесь. Пьер Дюбуа, королевский адвокат, представитель Нормандии в Генеральных Штатах и юридический советник графини Маго д’Артуа. Он родился в нормандском городе Кутанс приблизительно в 1255 году и прожил довольно долгую по тем временам жизнь, скончавшись в 1321 году в Париже. Учился Дюбуа в Сорбонне, где стал лиценциатом канонического права, а одним из его учителей был Фома Аквинский.

В средние века в Парижском университете готовили только церковных правоведов и по логике вещей Пьер Дюбуа должен был связать свою карьеру с церковью. Это не означало обязательно стать священником или монахом. В те времена существовала целая категория клерков – знатоков канонического права и, что интересно, врачей, — считавшихся полудуховными-полусветскими лицами и связанных рядом ограничений. Врачам, например, вплоть до XV столетия запрещалось жениться. Но Дюбуа делает крутой поворот и вливается в ряды легистов, пропагандирующих гражданское римское право. На этой почве он знакомится с Гийомом де Ногарэ, который сам, будучи блестящим публицистом, разглядел тот же дар в Дюбуа. В результате, бывший ученик Фомы Аквинского стал автором нескольких работ сначала против папы Бонифация VIII, а затем против ордена тамплиеров. Правда, современные историки смотрят на эти вещи шире. Это в принципе антиклерикальная публицистика, задача которой оттеснить церковь в духовную сферу, освободив от ее влияния политику и экономику. Но основной труд Пьера Дюбуа посвящен иной теме. Он называется De recuperatione Terrae Sanctae (Об освобождении Святой Земли), но по сути предлагает план создания в Европе союза христианских королевств.

Сейчас эта работа считается первым кирпичиком, заложенным в основание будущего Европейского союза. Конечно, она во многом наивна и привязана к своему веку, но, тем ни менее, полна четко проработанных деталей и, видимо, понравилась Филиппу Красивому, который также грезил похожим прожектом. Интересно, что, несмотря на постоянные попытки отдать первенство Франции и ее королю, Дюбуа был против идеи всемирной монархии. «Нет человека в здравом уме, я полагаю, который мог бы с некоторой вероятностью считать возможным ныне, в конце веков, чтобы существовал в отношении мирских дел один единственный монарх всего мира, который управлял бы всем и которому, как высшему, повиновалось бы все. Ибо если бы стремиться к этому, то возникли бы бесконечные войны, мятежи и раздоры», — писал легист из Кутанса.

Поэтому Европу он представлял под управлением Concilium generale (Генерального совета) из представителей европейских стран, который бы охранял мир и к тому же являлся постоянным международным судом. Главой Совета, по мысли Пьера Дюбуа, обязательно должен был быть французский король, которому необходимо передать все светские полномочия Римского Папы. Что думал по этому поводу понтифик неизвестно, а вот обоснование главенства Франции Дюбуа приводит совершенно средневековое: «Благодаря доброму расположению и гармонии небесных тел, люди, зачатые, рожденные и воспитанные в королевстве франков, особенно возле Парижа, нравами, твердостью, силой и красотой естественным образом намного превосходят уроженцев других стран». В наши дни подобная риторика может вызвать лишь улыбку, но вот дальнейшие рассуждения нормандского адвоката актуальны даже сегодня – на втором десятилетии XXI века.

Главная цель всеевропейского объединения – прекращение войн, пишет Дюбуа. Война – преступление, а война между христианами – преступление вдвойне. Все споры, по его мнению, должны разрешаться путем переговоров при участии Совета и международного суда, а не на полях сражений. Тех же, кто предпочтет развязать военный конфликт, должна принудить к миру коалиция европейских государств. Самым действенным методом привести агрессора в чувства, по убеждению Пьера Дюбуа, является (внимание!!!) блокада. Отрезанные от всех торговых и финансовых потоков захватчики просто вынуждены будут пойти на попятную, а христианский мир избежит лишних жертв. Санкции, словом, придумали еще в начале XIV века.

Как это нередко случается, труды Пьера Дюбуа, как и личность автора, пребывали в забвении вплоть до XIX столетия. Феодальная реакция, порожденная смертью Филиппа Красивого, Столетняя война, разрушительная эпидемия Черной смерти по многим параметрам отбросили Францию назад и сделали неактуальными политические идеи и интеллектуальные битвы конца XIII – начала XIV веков. Даже биографию Дюбуа современные исследователи воссоздали по обрывкам сведений, разбросанным по его произведениям. Но когда со старых рукописей смахнули пыль, выяснилось, что многие заключенные в них идеи, как минимум, заслуживают изучения. Некоторые из них кажутся детскими мечтами, но на самом деле это фундамент, на котором построено здание современной Европы.

Галина Кириллович