Первый погибший с момента наступления «школьного» перемирия. Перемирия, которого, на самом деле, так и не было. Стрелять начали практически сразу, и недели не прошло, как полетели мины. На седьмой день — он, первый погибший солдат.

Эта война нас многому научила. Не верить русским, верить в себя, собственно — воевать… Но чему-то эта война нас и разучила. Помните, как на Майдане пошли первые жертвы? Небесную сотню помните? Имена героев озвучивали на каждом углу, пересказывали друг другу их биографии и истории из жизни…

Потом началась война. Начались такие потери, на фоне которых «Небесная сотня» перестала выглядеть огромной трагедией. Тем не менее, имена погибших узнавали, про них тоже рассказывали истории. Дед, прикрывавший отступление молодых, танкист, взорвавший себя вместе с танком, чтоб не попадать в плен…

Потом Саур-могила, ДАП, Иловайск, Дебальцево… Небесная сотня выросла до размеров Небесного Легиона, и имена — стёрлись…

Кем был погибший вчера воин? Ещё мальчиком, или уже мужчиной? Ждала ли его дома мама, или жена с детьми? Как он погиб, при каких обстоятельствах? Сухая строчка: «В результате боевых действий один наш военный погиб» — и всё. Ещё одна единичка в статистике войны, которая не война.

Спасибо тебе, Солдат, за то что ты защищал свою и нашу страну. Спасибо тебе за то, что стоял до конца, спасибо и извини. Извини, что я вернулся, а ты — нет. Извини, что не знаю, как тебя зовут и историю твоей жизни, как и многих-многих других погибших. Прости и спасибо.

Виктор Сокуренко