Стивен Бланк — старший научный сотрудник Совета по внешней политике США. Он является автором многочисленных статей, посвященных внешней политике, а также монографий, посвященных геополитике и геостратегии России и Евразии. Приводим полный перевод его статьи, опубликованной в Atlantic Council.

Через два дня после того, как Россия сообщила госсекретарю США Рексу Тиллерсону, чтобы он был готов говорить об Украине, Москва в одностороннем порядке и незаконно перекрыла Керченский пролив, якобы по техническим причинам. Россия снова не только угрожает Украине, но и демонстрирует презрение к президенту Дональду Трампу лично. Ориентация Москвы на Украину и ее экономику очевидна. Керченский пролив соединяет Черное море с Азовским. Его закрытие прекращает деятельность двух стратегически важных украинских портовых города Мариуполь и Бердянск, вдоль северного берега Азовского моря, которые являются основными экспортными центрами на Запад для украинской стали. Так Москва сигнализирует, что она может нанести удар по украинскому обществу, политике и экономике, когда захочет.

Закрытие пролива также является страйком Вашингтону — если бы Москва хотела серьезно поговорить об Украине с Трампом, этого действия не произошло бы. Недавний комментарий премьер-министра Дмитрия Медведева о том, что Трамп представляет собой унизительно слабую фигуру для Белого дома, показывает полное презрение Москвы к Трампу, Тиллерсону и администрации в целом. Однако, если Москва считает, что она может действовать безнаказанно против Киева и/или Вашингтона, это глубокое заблуждение. Огромные издержки санкций, которые были введены с 2014 года, уже демонстрируют устойчивое обнищание России и привели к заметным сокращениям даже в оборонных расходах, а также в жизненно важных внутренних инвестициях. Путин может притворяться, что он может вести себя по-прежнему, но его агрессия привела к ситуации, когда он может только угрожать Украине такими косвенными средствами, как такие закрытия пролива, экономическая война, кибер-забастовки и терроризм.

Хотя Россия расширила своё военное присутствие вокруг Украины и пытается сделать еще больше, она, вероятно, достигла экономических и стратегических пределов своих возможностей для вторжения в Украину. В то время, как российская армия насчитывает около 350 000 человек, для боевых действий пригодна только одна треть. Военная эскалация даётся всё труднее. Если бы Россия открыто вторглась на Украину, это пробудило бы Европу и усилило её сплоченность на порядок, а также это могло бы привести к поддержке НАТО для передачи оборонительного оружия Украине и более быстрого наращивания оборотов. Поэтому Путин должен прибегать к таким проявлениям риторических и симулированных актов бравады, чтобы поддерживать несостоятельную иллюзию равенства «великой державы» с Соединенными Штатами.

Трамп должен понять, что делает Путин. Психологическая война с изображением бравады и презрения — это то, что используется против Трампа, но он не должен это терпеть. В самом деле, что бы мы ни делали, Запад успешно налагает на Россию большие издержки благодаря новому раунду санкций плюс расширение старых. Пределы возможностей России по усилению военной эскалации на самом деле становятся все более ясными. Ситуация требует продолжения и расширения санкционного подхода, оставляя дверь открытой для серьезных переговоров, когда Москва будет действительно готова.

На практике это означает, что Вашингтон должен отправить военные корабли ВМС США в Азовское море через Керченский пролив, чтобы продемонстрировать нашу приверженность суверенитету и целостности Украины и свободу мореплавания, которая стала краеугольным камнем внешней политики США с 1789 года. (Это похоже на то, что делают Соединенные Штаты в Южно-Китайском море). И НАТО должно сделать то же самое. Другой способ навязать России расходы — это дать Украине оборонительное оружие, в котором она нуждается для борьбы с агрессией. Это не только соответствует политике США с 1947 года, но также показывает Путину и его приспешникам, что он не может перекраивать границы или неуважительно относиться к Соединенным Штатам, не платя цену. Делая это, мы забираем инициативу в стратегии Москвы и Пекина в одновременном разговоре и боевых действиях. Неспособность ответить на эти преднамеренные провокации только вызывает бОльшую агрессию. Действительно, это неспособность послать Украине необходимую помощь, только поощряет непрекращающиеся агрессивные акты в России. Чем больше эта война аукнется Путину, тем труднее ему будет выстоять. И это, в конце концов, было целью США с самого начала.

Напомним, что строительство Керченского моста приостановлено из-за проседания опор.