Сегодня во Франции обсуждают позицию Владимира Путина по Северной Корее, обозначенную им на саммите БРИКС.

Ничего неожиданного, разумеется, не произошло. Российский президент вновь выступил в привычной для себя роли «адвоката дьявола», пытающегося убедить мировое сообщество, что рога у очередной нечисти не так уж и остры, а копыта брыкливы. Согласившись с тем, что Северная Корея занимается провокациями, он тут же перечеркнул значимость этого заявления, отметив, что санкции, введение которых США и Япония собираются обсуждать на Совбезе ООН, окажутся «ненужными и неэффективными». По мнению Путина, которое цитирует Le Point, «КНДР никогда не откажется от ядерной программы, если не будет чувствовать себя в безопасности». А Le Monde знакомит своих читателей с продолжением фразы, где российский лидер пафосно сообщает, что ради этого северные корейцы «готовы есть траву». То, что большая часть населения этой страны уже сейчас питается именно так, этот циник международного масштаба, видимо, не знает.

Но гораздо хуже, что, отвергая санкции, он, по сути, отвергает любое реалистичное решение – ведь альтернативой экономической удавке может быть только военный ответ. О возможности такового уже говорил Дональд Трамп, пообещавший Ким Чен Ыну, «огонь и ярость», но Путин тут же заклеймил позицию США «милитаристской истерией» и призвал другие страны в ней не участвовать. Аргументация российского президента, которую приводит французская пресса, интересна не столько с политической, сколько с психологической точки зрения – он неожиданно вспомнил Ирак и Саддама Хусейна. «Страна была уничтожена, Саддам Хусейн повешен, — сказал Путин. – Все это помнят и Северная Корея тоже».

То, что в Ираке, несмотря на все сложности, ситуация сейчас все равно лучше, чем при диктаторском режиме Хусейна, он предпочитает не замечать. И, скорее всего, не только из политических соображений. Похоже, правы те, кто утверждает, что любого тоталитарного лидера Путин отождествляет с собой, а каждую попытку надеть на очередного буйного «смирительную рубашку», как атаку на собственную персону. Так было с Каддафи, так происходит с Асадом, а теперь вот и с Ким Чен Ыном.

Ясно одно. Если международное сообщество соберет волю в кулак и все же решит привести в чувства сорвавшегося с цепи северокорейского вождя, россиянам надо ждать очередного показательного «закручивания гаек», а украинцам – обострения ситуации на востоке. Именно так реагирует Путин на свои геополитические провалы или то, что он считает таковыми. Ведь никакого прагматического интереса поддерживать Ким Чен Ына у России нет. Дело лишь в душевном родстве.

Галина Кириллович