Крестный ход, организованный УПЦ МП в честь годовщины Крещения Руси, вызвал раздражение многих киевлян, оказавшихся в пробках. Однако это мероприятие было и несколько других интересных нюансов.

Прежде всего заметим, что в этом году украинский филиал РПЦ не организовывал массовое шествие, подобно прошлогоднему, когда верующие прошли с Почаевской и Святогорской лавр, тестируя реакцию правоохранителей. В этом году шествие было скорее символическим, если учесть, сколько верующих насчитывает УПЦ МП.

Участие VIP-парламентариев от «Оппозиционного блока» вряд ли кого-то удивит, ведь Вадим Новинский, ход которого нашел продолжение в эфирах нескольких телеканалов, известный спонсор православия в Украине, а Михаил Добкин после внесения за него залога стремится показываться на людях.

Куда интереснее, что 27 июля Синод УПЦ МП обратился к руководителям страны с оговоркой относительно биометрических паспортов, предлагая ввести для своих верующих альтернативу. Надо понимать, что подобный заменитель не позволит воспользоваться безвизом с ЕС, которого в УПЦ МП боятся как черт ладана.

Акция активистки FEMEN, которая устроила символическое самораспятие на памятнике князю Владимиру, свидетельство возвращения этого движения к украинской общественной жизни. Интересно, кому теперь принадлежит право на использование известных своими эпатажными акциями девушек?

В соцсетях пришлось встретить немало сообщений о целесообразности запрета УПЦ МП. Правда, куда меньше, чем после отказа ее предстоятеля Онуфрия в 2015 году почтить погибших воинов АТО, однако достаточно. Однако не стоит забывать: церковь отделена от государства, а гипотетический запрет любой конфессии в Украине спровоцирует негативную реакцию наших западных партнеров, которые высоко ценят свободу совести. Куда более перспективными могли бы быть усилия по созданию поместной православной церкви, но в этом направлении позитивных новостей нет. Обидно, потому что поместная православная церковь могла бы стать мощным аргументом в борьбе с гибридной агрессией России.

Евгений МАГДА