В январе этого года Transparency International опубликовала уже ставший традиционным Индекс восприятия коррупции, где Франция заняла 23-ю строчку. Методика такова, что в верхней части рейтинга располагаются страны с наименее коррумпированным государственным сектором, в нижней – те, где взятки и откаты являются привычным делом. Учитывая, что в списке 176 государств, результат очень и очень приличный. Тем более, что в 2014 году Франции не удалось подняться выше 26-й позиции. Конечно, на общемировом фоне и это прекрасно. Украина, например, разделяет с Россией и Казахстаном 131-е место. Да и не все ближайшие соседи французов выглядят благополучно. В последнем рейтинге Испания расположилась на 41-й строчке, а Италия вообще на 60-й.

Но во Франции сочли, что смотреть на других — слабое утешение. Тем более, что общественный запрос на борьбу с коррупцией очень высокий. Показателен один из последних социологических опросов на эту тему, проведенный Harris Interactive прошлой осенью. Социологи выяснили, что каждый второй француз считает власть коррумпированной. Причем, больше всего недоверия участники высказали депутатам Национального собрания (77%), Европарламента (76%) и представителям исполнительной власти (72%). Не многим лучше оказалось отношение к журналистам, экспертам, руководителям крупных компаний. Зато судей сочли коррумпированными только 37% опрошенных – и это, с учетом темы исследования, важно.

Чего в этом опросе больше – реальных фактов или традиционного французского скептицизма – сказать трудно. Но дыма без огня все-таки не бывает. Поэтому одним из лейтмотивов всех пяти лет президентства Франсуа Олланда была именно антикоррупционная политика. Итогом этой деятельности стал новый закон о прозрачности, борьбе с коррупцией и модернизации экономики, который еще называют «законом Сапена». Мишель Сапен, министр финансов в правительстве социалистов, был одним из главных разработчиков и адептов этого документа. Что конкретно поменял закон? А много чего.

Во-первых, во Франции появилось Национальное агентство по выявлению и предотвращению коррупции с весьма широкими полномочиями. Этот государственный орган может не только контролировать ситуацию, но и проводить расследования. В его функции также входит защита информаторов, готовых сообщить о злоупотреблениях. Во-вторых, в стране создан реестр лоббистов, который доступен в интернете. В самой лоббистской деятельности, с точки зрения государства, нет ничего противозаконного, но она должна подчиняться этическим нормам, а потому быть открытой и гласной. Тех, кто нарушит это правило, ждет штраф до 30 тыс. евро. В третьих, инициировать расследования теперь могут и общественные организации, получившие статус «гражданских истцов».

Французское общество, кстати, не сидит сложа руки и, возможно, это одна из причин, заставляющих власть действовать. Волонтеры
Transparency France создали в интернете карту коррупции, база данных которой обновляется каждый день. Об этой инициативе подробно рассказала газета Le Monde. Сведения берутся из открытых источников и обрабатываются по разработанной активистами системе. Все случаи коррупции распределяются по регионам и департаментам и сопоставляются с валовым внутренним продуктом. Это позволяет лучше понять, какой ущерб наносят коррупционеры и где они наиболее активны. В своеобразные лидеры уже вышли регионы Иль-де-Франс и Прованс – Альпы – Лазурный берег.

А что же конкретные расследования и приговоры? Они есть. Например, Доминик Клер Тестар, бывший подпрефект Грасса, в декабре 2016 года была приговорена к трем годам лишения свободы, штрафу в 20 тыс. евро и постоянному запрету занимать государственные должности. Об обстоятельствах дела подробно сообщила та же Le Monde. Госпожа Тестар приняла деятельное участие в проекте по продаже отеля в обмен на вознаграждение. Отель, правда, так и не продали, но сам факт такой договоренности судом был доказан.

В том же месяце за уклонение от уплаты налогов три года тюрьмы получил бывший министр финансов Жером Каюзак. Расследование началось после разоблачительной публикации в прессе.

Последняя громкая история связана с именем сенатора от департамента Верхняя Сена Филиппом Кальтенбахом, которого неделю назад приговорили к году тюрьмы за взятку. Случилось все, когда Кальтенбах был мэром Кламара и за мзду согласился помочь с социальным жильем. Начало расследованию положила публикация видеозаписи, где видно, как Кальтенбах берет и прячет купюры, сообщил сайт международного радио RFI.

Параллельно во Франции расследуется еще несколько дел, которые формально к коррупции не относятся, но на бытовом уровне воспринимаются именно так. Это, в частности, расследование в отношении лидера Национального фронта Марин Ле Пен о фиктивном трудоустройстве ее помощников в Европарламенте и аналогичное же дело в отношении партии MoDem. Причем, несколько министров от MoDem подали в отставку, желая дистанцироваться от скандала и не вызывать раздражение публики.

Последний пример – лакмусовая бумажка, демонстрирующая отношение общества к подобным вещам. Тот, кто пытается игнорировать это обстоятельство, серьезно проигрывает. Примерно так, как выбывший уже из первого тура президентских выборов Франсуа Фийон, на карьере которого, скорее всего, поставлен крест. А ведь речь шла всего лишь о фиктивном трудоустройстве его супруги. Но французы не готовы мириться даже с незначительными нарушениями и этому у них стоит поучиться.

Галина Кириллович